Старейшина Нил А. Максвелл
Член Кворума Двенадцати Апостолов
Так Ламан и Лемуил стали бунтарями, а не лидерами, обиженными, а не праведниками - и все потому, что неспособны они были понять ни характера, ни целей Бога.
Как нам только что продемонстрировали его пророческие слова, мы необычайно благословлены тем, что наш Президент - это Президент Хинкли.
Братья и сестры, на этих тоненьких страничках напечатано много стихов из Священных Писаний, полных глубокого смысла, но они почти как зарытые в землю, то есть нам еще надлежит исследовать их, насыщаться ими и думать о них (от Иоанна 5:39; Алма 14:1; Алма 33:2; Мороний 10:3; 2 Нефий 9:51). Но в особенности нам следует прилагать еще больше сил к тому, что делал Нефий: “применя[ть] все эти Писания к [себе]” (1 Нефий 19:23).
Вот иллюстрация: проницательные слова, которые мы должны “применять”, дважды встречаются в описании Ламана и Лемуила, которых иногда по ошибке считают просто “недалекими”. Посмотрите в связи с этим, насколько дальше, чем к этим двоим можно применить следующие слова: “Итак, Ламан и Лемуил . . . роптали . . . потому, что не знали деяний того Бога, Который сотворил их” (1 Нефий 2:12; см. также Мосия 10:14).
Неспособность понимать “деяния” Господа - Его отношения, Его “обхождение” со Своими детьми - весьма существенна. Ропот - всего лишь один симптом и далеко не единственное последствие; в действительности эта неспособность влияет и на все остальное!
Неправильное истолкование чего-либо радикальным образом порождает неспособность познать Бога. Так, неверно понятый, Он уже ошибочно видится как недосягаемый, отстраненный, безучастный и бессильный, как некое ущербное и униженное Божество, на Чьи “ограничения” некоторые так быстро начинают сетовать.
С самого начала Ламан отверг ту роль, которую должен был играть, и вместо этого захотел быть “собакой на сене”, негодуя на духовное первенство Нефия. Лемуил был не только покорным спутником Ламана - он был также и его пособником, позволяя себе быть “возбуждаемым” Ламаном (1 Нефий 16:37, 38). Если бы вместо этого Ламан оказался в одиночестве, то некоторые последствия могли бы быть совершенно иными. У нас в обществе тоже есть такие люди, которые позволяют себе “возбуждаться” против того, что есть благо, и которые способствуют упадку. Они имеют право на оправдание не в большей степени, чем Лемуил. Они относительно мало заметны, но их лицемерие столь же велико.
Увещевания, адресованные Ламану и Лемуилу, “было трудно понять человеку, не вопросившему об этом Господа. Они же, ожесточенные в сердцах своих, не обращались к Господу, как подобало им” (1 Нефий 15:3).
Эта неспособность поверить в Бога откровения была особенно пагубна. Даже сегодня те, кто желает дистанцироваться от Бога, предпочитают, чтобы Его шатер был накрепко пристегнут к прошлому. От представления такого удаленного и безличного Бога недалеко и до того, чтобы сказать: “Нет никакого Бога, а значит, нет закона - и нет греха!” (см. 2 Нефий 2:13, а также Алма 30:28).
Многие наши современники, подобно Ламану и Лемуилу, пытаются отнести Бога только к прошлому, и вследствие этого Он перестает быть неизменным Богом вчера, сегодня и завтра (см. 2 Нефий 27:23). На самом деле Бог беспрестанно имеет перед Собой прошлое, настоящее и будущее, которые образуют “вечное ‘сейчас’” (Teachings of the Prophet Joseph Smith, sel. Joseph Fielding Smith (1976), 220; см. также У. и З. 130:7).
Короче говоря, собственный недостаток характера не давал Ламану и Лемуилу возможности понять совершенный характер Бога! Неудивительно, что Пророк Джозеф Смит сказал: “Если люди не понимают характера Бога, они не понимают и самих себя” (Teachings, p. 343).
Ламан и Лемуил не понимали и того, что любящий Бог непременно будет заботливым Отцом, Который хочет, чтобы Его дети были истинно счастливы и пришли домой. Поэтому, не вполне понимая Божьи “деяния”, они упустили самое важное качество Божьего характера - Его любовь! Так что их ропот был симптомом глубокой и безнадежной патологии.
Ламан и Лемуил точно так же не понимали, что “деяния” Бога включают использование Пророков для предостережения людей. Так Господь призвал Легия, но Ламан и Лемуил были явно смущены непопулярной ролью своего отца и его решительным вызовом существующему положению дел в Иерусалиме.
Парализованным духовно Ламану и Лемуилу казалось, что жители Иерусалима не заслуживают направленной на них критики Пророка (1 Нефий 2:13). При этом всепроникающий духовный спад в действительности шел полным ходом, протекая, как это часто случается, “в течение нескольких лет” (Геламан 4:26). Аналогичный спад не замечается многими и сегодня. Какая ирония - те, кто идут прямо к морю маршем леммингов, гордятся своим индивидуализмом! Так любой совет покажется оскорблением их “прав”, а принятие любого предложения - ограничением их свободы.
Также существенным было непонимание Ламаном и Лемуилом того, как это заботливый Бог может потребовать от Своих детей трудных дел. Роль несчастья отмечена в этой суровой, но вдохновенной догадке: “Однако Господь находит нужным наказывать Свой народ; да, Он испытывает его терпение и веру” (Мосия 23:21). Их прискорбное ожидание легкости было прекрасно видно по тому, как они ощетинились, когда потребовалось забрать листы у Лавана, по тому, как они переносили суровую жизнь в пустыне, как отнеслись к строительству корабля и пересечению бескрайнего океана (1 Нефий 3, 4). Отупевшие и бесчувственные, Ламан и Лемуил просто не разделяли уверенности Нефия в том, что Господь никогда не заповедует детям Своим сделать что-то трудное, если не приготовит сначала путь (см. 1 Нефий 3:7).
Их чудовищные ошибки ведут к почти комическим несообразностям, таким, как вера Ламана и Лемуила в то, что Бог вполне мог распорядиться могучим фараоном и великим Египетским войском у Красного моря, но никак не местным Лаваном! Сколько же “верующих” в наше время точно так же пасуют и заискивают перед местными страшилищами?
В окончательном разделении, таком, как между Ламанийцами и Нефийцами, географическому разграничению предшествует разграничение духовное: “Я, Нефий, взял мое семейство . . . и всех тех, которые хотели идти со мной . . . верили в предостережения и откровения Божии; а потому они послушались моих слов” (2 Нефий 5:6).
Ламан и Лемуил не вкусили от дерева жизни, которое есть любовь Божья (1 Нефий 11:25). Любовь Бога к Своим детям сильнее всего выразилась в том, что Он отдал Иисуса в дар как нашего Искупителя: “Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного” (от Иоанна 3:16). Вкусить любви Божьей - значит вкусить Иисусова Искупления и тех избавлений и радостей, которые оно может принести. Ясно, что Ламан и Лемуил не имели такой веры - особенно во Христа, Которому еще только предстояло прийти! (См. Иаром 1:11.)
Напротив, Нефий “получи[л] великое знание о благодати . . . Бо[га]” (1 Нефий 1:1), отсюда это твердое заявление Нефия: “Я знаю, что [Бог] любит Своих детей, но я не знаю смысла всех деяний Его” (1 Нефий 1:1; 11:17). Если мы будем питать любовь к Богу и познаем Его благость, мы будем доверять Ему, даже пребывая в растерянности или замешательстве.
Так Ламан и Лемуил не понимали взаимоотношения смертных с Богом, и, хуже того, на самом деле они и не хотели понять. Они стремились держаться от Бога на расстоянии. Более того, будучи интеллектуально ленивыми, они не считали своих благословений; а благодарность могла бы сократить это расстояние. Но об этом-то Ламан и Лемуил никогда и не задумывались!
Ламан и Лемуил практически не проявляли духовной любознательности. Однажды они задали прямые вопросы о значении видения дерева, реки и железных перил. Все же их вопросы были в действительности больше похожи на попытку связать воедино доктринальные элементы, нежели на желание связать самих себя с Богом и Его замыслом относительно себя. Они уж точно не “применяли” эти ответы к себе (см. 1 Нефий 19:23).
Их искреннее сожаление никогда не длилось слишком долго; вспомните, сколько прошло времени между явлением Ламану и Лемуилу Ангела и тем, когда они снова возроптали (1 Нефий 3:31). Под давлением они даже кое-что признали: “Мы истинно знаем, что Господь с тобою, Нефий”, - но вскоре их поведение на корабле стало чрезвычайно “грубым” (см. 1 Нефий 17:55, см. также 1 Нефий 18:8, 9). Их периодически повторяющееся насилие показывало, что эти возмущения были не просто абстрактными, интеллектуальными разногласиями.
Ламан и Лемуил были напуганы силой Лавана, но их страх перед силой просто продемонстрировал силу их страха. Поскольку “совершенная любовь изгоняет всякий страх”, их низкая способность любить была вполне очевидна (Мороний 8:16; см. также 1-е Иоанна 4:18). Беспринципные и невнимательные, они, что печальнее всего, были еще и нелюбящими!
Поэтому толстокожие Ламан и Лемуил так редко откликались на нежность других людей. Им было чуждо сопереживание, это вечное качество. Когда Легий увещевал их со всем чувством нежного и трепетного родителя, реакция была еще более негодующей, звучали грубые ответы родителям и братьям (см. 1 Нефий 8:37). Когда Нефий показывал, что огорчен их поведением, Ламан и Лемуил были “рады” тому, что он огорчен (см. 1 Нефий 17:9). Предостережений, исходивших от Нефия, они вообще не слушали.
Легкие на гнев и ропот, они не могли достаточно долго помнить о своем последнем избавлении, чтобы достойно встретить следующую трудность. Вместо этого заботы текущего дня, такие, как волнение по поводу сломанного лука (подумать только!), доминировали над делами вечности, поскольку их видение Евангельской перспективы было крайне ограниченно. Наши дни - это дни принципа “каждый за себя”, как если бы десять заповедей были даны просто группой для тематического опроса!
Прибыв в плодородную землю Изобилие - редкое и плодоносное место на бесплодном Аравийском полуострове, - неужели Ламан и Лемуил в самом деле подумали, что такое удачное перемещение было просто случайностью? Возможно, Нефий просто “правильно угадал” (см. Геламан 16:16). Их неблагодарность за Лиахону наводит на мысль: а что Ламан и Лемуил на самом деле думали об этом удивительном приборе? Разве это было просто удобное приспособление или обычный инструмент на каждом корабле?
Любопытно, что многие, подобные Ламану и Лемуилу, кто первыми требуют знамений, потом первые же и не считаются с ними. Некоторые требуют еще больше чудес, поглощая ежедневное меню из манны и забывая при этом о ее необыкновенном Источнике.
Поэтому, братья и сестры, вместо периодических чудес лучше иметь “постоянным спутником” Святого Духа (см. У. и З. 121:46). Однако мы должны всегда помнить, что Святой Дух, будучи Утешителем, ненавязчив.
Отрицание Ламаном и Лемуилом Пророков и Священных Писаний означало, что они не могли получать никаких полезных сопоставлений или напоминаний, а также и никаких личных откровений для себя в свое время. Они просто не могли понять, что пути Божьи выше путей человеческих (см. Исаия 55:9). Они держали себя на голодном интеллектуальном пайке, являя собой ходячий эквивалент того спесивого “великого и обширного здания” (см. 1 Нефий 8:26, 31).
Так Ламан и Лемуил стали бунтарями, а не лидерами, обиженными, а не праведниками - и все потому, что не способны они были понять ни характера, ни целей Бога, ни Его “деяний” со Своими детьми.
Что же касается их духовной значимости, то Ламан и Лемуил - жалкие ничтожества. Верно, что мы могли бы знать больше фактов о них, но это не изменило бы нашего вывода. Если в каком-то отношении они представляются недоразвитыми, то это из-за их вопиющей пустоты - которая могла бы быть заполнена “любовью Божьей”. В видении была одна отчаянная сцена, когда Легий “обратил” очи свои, напряженно выискивая Ламана и Лемуила, чтобы, “быть может, уви[деть] их”; в конце концов он “увидел их, но они не пожелали . . . вкусить плод[а]” (1 Нефий 8:17-18; см. также 1 Нефий 11:25; 8:35; 2 Нефий 5:20). Изо всех ран, которые можно нанести самим себе, эта эпитафия описывает самую ужасную и логически вытекающую из всего предыдущего!
К счастью, щедрое Восстановление дает нам дополнительные пути, чтобы “понять деяния Бога со Своими детьми”, включая каждого из нас лично. Мы можем познать разнообразные выражения Его любви, применяя прославленное Иисусово Искупление, чтобы стать больше похожими на Него. Ускорим же этот бесценный процесс, “применяя к себе” драгоценные Священные Писания! Будем же делать так, во имя Иисуса Христа, аминь!
Предыдущее
