Познать единого истинного Бога и посланного Им Иисуса Христа

Старейшина Джеффри Р. Холланд

Член Кворума Двенадцати Апостолов

Распечатать Делиться

    Мы заявляем: из Священных Писаний со всей очевидностью следует, что Отец, Сын и Святой Дух – отдельные Лица, три Божественных Существа.

    Как отметил ранее на этой сессии старейшина Баллард, различные течения и события нашего времени привлекли повышенное внимание общества к Церкви Иисуса Христа Святых последних дней. Господь говорил жителям древнего мира, что эта работа последних дней будет “чудной и дивной”1. Так оно и есть. Но при том, что мы приглашаем всех и каждого узнать чудо этой работы, есть один вопрос, по поводу которого мы не хотим ни у кого вызывать сомнений, – это вопрос о том, “христиане” ли мы.

    В общем и целом противоречия в этом вопросе концентрируются на двух доктринальных положениях – нашем представлении о Божестве и нашей вере в принцип продолжающегося откровения, благодаря которому канон Священного Писания остается открытым. В том, что касается этих двух положений, нам нет необходимости быть апологетами своей веры; но мы не хотим, чтобы нас неправильно истолковывали. Поэтому, желая углубить понимание и со всей ясностью заявить о нашей принадлежности к христианству, я буду говорить сегодня о первом из этих двух упомянутых мной доктринальных положений.

    Наш первый и главный Символ веры в Церкви Иисуса Христа Святых последних дней гласит: “Мы верим в Бога, Отца Вечного, и в Сына Его, Иисуса Христа, и в Святого Духа”2. Мы верим, что эти три Божественных Лица, составляющих одно Божество, объединены в Своей цели, служении, свидетельстве и миссии. Мы верим, что Они исполнены одного Божественного чувства милосердия и любви, справедливости и благодати, терпения, прощения и искупления. Думаю, правильно считать, что мы верим в Их единство в каждом существенном и вечном аспекте, который только можно представить, за исключением идеи о том, что Эти три Лица объединены в одну Сущность или Существо; такая тройственность Бога никогда не провозглашалась в Священных Писаниях, ибо эта идея не истинна.

    Действительно, даже такой авторитетный источник, как Harper’s Bible Dictionary, заявляет, что “официальной доктрины Троицы, как она была определена на великих церковных соборах в четвертом и пятом столетии, в [Новом завете] не содержится3.

    Таким образом, любые критические замечания о том, что Церковь Иисуса Христа Святых последних дней не поддерживает современное христианское представление о Боге, Иисусе и Святом Духе, говорят не о нашей приверженности Христу, а скорее о признании (справедливом, должен добавить) того, что наше представление о Божестве порывает с историей христианства в период после Нового завета и возвращается к учениям, преподанным Самим Иисусом. Думаю, уместно сказать несколько слов об этом периоде истории после Нового завета.

    В 325 году от Р. Х. римский император Константин созвал Никейский собор, чтобы на нем разрешить – среди других вопросов – растущие разногласия о предполагаемом “тройственном единстве” Бога. Решение, к которому пришли после горячих дебатов священнослужители, философы и духовные лидеры, стало называться (по прошествии еще 125 лет и трех других великих соборов)4 Никейским символом веры, у которого впоследствии появились другие формулировки, в частности, Афанасиев символ веры. В этих вариациях символа веры, дополнявших и повторявших друг друга, а также в доктринах, появившихся в последующие столетия, провозглашалось, что Отец, Сын и Святой Дух – абстрактные, абсолютные, трансцендентные, неизменные, равносущие, равновечные и непостижимые, без тела, частей или страстей, пребывающие вне пространства и времени. В таких доктринах все три члена Божества – отдельные Лица и в то же время одно Существо; это так называемая “тайна троицы”. Это три отдельных Лица, однако Они не три Бога, а один. Все трое непостижимы, но все же это один непостижимый Бог.

    Мы соглашаемся с нашими критиками по крайней мере в одном – что такая формулировка Божества действительно непостижима. При таком сбивающем с толку определении Бога, которое навязывалось в церкви, неудивительно, что некий монах в четвертом веке взмолился: “Горе мне! Они отняли у меня моего Бога… и не знаю я, Кому мне поклоняться или к Кому взывать”5. Как мы должны верить, любить и поклоняться, не говоря уже о стремлении уподобиться Тому, Кто непостижим и непознаваем? И как быть с молитвой Иисуса, вознесенной к Его Отцу Небесному, в которой сказано: “Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа”?6

    Мы не задаемся целью попрать веру других людей, или учения других религий. Мы относимся к доктринам других людей с таким же уважением, какого требуем для себя. (Это также записано в наших Символах веры.) Но если кто-то говорит, что мы не христиане, потому что не признаем позицию в отношении Божества, принятую в четвертом или пятом веке, тогда что вы скажете о тех первых христианских Святых, многие из которых своими глазами видели Христа? Ведь они тоже не разделяли эту позицию!7

    Мы заявляем: из Священных Писаний со всей очевидностью следует, что Отец, Сын и Святой Дух – отдельные Лица, три Божественных Существа, и достаточно отметить хотя бы такие четыре красноречивые иллюстрации, как уже упомянутая великая заступническая молитва Спасителя, Его крещение от рук Иоанна, событие на горе Преображения и мученическая смерть Стефана.

    Когда эти и другие источники из Нового Завета8 звучат в наших ушах, возможно, уже нет необходимости спрашивать, что подразумевал Иисус, говоря: “Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего”9. В другом случае Им же сказано: “Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца”10. О тех, кто нападал на Него, Он сказал: “[Они] видели, и возненавидели и Меня и Отца Моего”11. И конечно, нельзя не отметить это всегда почтительное подчинение Отцу, заставлявшее Иисуса сказать: “Что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог”12. “Отец Мой более Меня”13.

    Кому же Иисус молился так пылко все те годы, вознося, в том числе, и такие мучительные стенания: “Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия”14 и “Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?”?15 К тому же признание приведенных в Священных Писаниях доказательств того, что совершенно единые во всем остальном члены Божества тем не менее являются отдельными и различными Существами, не означает приверженности многобожию; скорее, это часть великого откровения о природе Божественных Лиц, дать которое пришел Иисус. Возможно, лучше всего высказался об этом Апостол Павел: “[Иисус Христос,] будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу”16.

    Сопутствующая причина, по которой Церковь Иисуса Христа Святых последних дней исключена некоторыми из категории христианских церквей, – это наша вера в то же, во что верили древние Пророки и Апостолы, в то, что у Бога есть тело, конечно, прославленное17. Тем, кто критикует это подтверждаемое Священными Писаниями убеждение, я могу адресовать вопрос, хотя бы риторический: если им так противна идея о наделенном телом Боге, почему тогда центральными и наиболее отражающими суть христианства доктринами являются Воплощение, Искупление и физическое Воскресение Господа Иисуса Христа? Если обладание телом не только не требуется, но даже нежелательно для Божества, зачем тогда Искупитель человечества искупил Свое тело, искупая его из плена смерти и могилы, гарантируя, что оно никогда больше не будет разлучено с Его Духом в этом мире и в вечности?18 Любой, кто отрицает учение о наделенном телом Боге, отрицает также Христа – и смертного, и воскресшего. Никто из причисляющих себя к истинным христианам не выберет для себя такую позицию.

    Итак, к каждому, кто задавался вопросом о нашей принадлежности к христианству и до кого доходит мой голос, я обращаюсь с этим свидетельством. Я свидетельствую, что Иисус Христос – в буквальном смысле живущий Сын нашего воистину живого Бога. Этот Иисус – наш Спаситель и Искупитель, Единородный Сын Отца во плоти, Который, действуя под руководством Отца, был Творцом неба и земли, и всего, что на них. Я свидетельствую, что Он был рожден матерью-девой и что в жизни Своей Он совершал великие чудеса на виду у легионов учеников, а также на виду у врагов. Я свидетельствую, что Он имел власть над смертью, будучи Божественным по природе; но по Своей воле Он принял смерть ради нас, ибо некоторое время Сам был смертным. Я утверждаю, что, добровольно подчинившись смерти, Он взял на Себя грехи мира, заплатив бесконечно великую цену за все горести и болезни, за каждое страдание и несчастье, понесенное людьми от дней Адама и до конца света. Сделав это, Он победил и могилу в физическом смысле, и ад в смысле духовном, дав свободу семье человеческой. Я приношу свидетельство о том, что Он в буквальном смысле слова воскрес из могилы и, после вознесения к Отцу, необходимого для завершения процесса Воскресения, Он неоднократно являлся сотням учеников как в Старом Свете, так и в Новом. Я знаю, что Он – Святой Израилев, Мессия, который однажды окончательно придет во славе, чтобы править на Земле как Господь господствующих и Царь царей. Я знаю, что нет другого имени под Небесами, посредством которого человек может быть спасен, и только полагаясь на заслуги Христа, Его милость и вечную благодать19, мы сможем обрести жизнь вечную.

    Мое дополнительное свидетельство об этом великолепном учении состоит в том, что в ходе подготовки к Своему тысячелетнему правлению последних дней Иисус неоднократно являлся среди людей в Своем облаченном Божественной славой теле. Весной 1820 года четырнадцатилетний юноша, пребывавший в сомнениях из-за многих учений, которые все еще вызывают путаницу в христианском мире, удалился в рощу, чтобы помолиться. В ответ на ту пылкую молитву, вознесенную в таком нежном возрасте, Отец и Сын явились перед юношей –Пророком Джозефом Смитом как наделенные телом, прославленные Существа. Тот день ознаменовал начало возвращения истинного, новозаветного Евангелия Господа Иисуса Христа и восстановление других пророческих истин, открывавшихся людям со дней Адама до нынешнего дня.

    Я заявляю, что мое свидетельство об этих учениях истинно, и Небеса открыты для всех, кто ищет такого же подтверждения. Я молюсь, чтобы все мы, посредством Святого Духа истины, познали “единого истинного Бога, и посланного [Им] Иисуса Христа”20 и чтобы тогда мы смогли жить по Их учениям и быть истинными христианами – и делом, и словом. Эта моя молитва – во имя Иисуса Христа, аминь.

    Показать ссылки

    Литература

    1. 1.

      См. Исаия 29:14.

    2. 2.

      Символы веры 1:1.

    3. 3.

      Paul F. Achtemeier, ed. (1985), 1099; курсив мой. – Дж. Р. Х.

    4. 4.

      Константинополь, 381 от Р. Х.; Эфес, 431 от Р. Х.; Халкидон, 451 от Р. Х.

    5. 5.

      Цит. по Owen Chadwick, Western Asceticism (1958), 235.

    6. 6.

      От Иоанна 17:3; курсив мой. – Дж. Р. Х.

    7. 7.

      См. Stephen E. Robinson, Are Mormons Christian? 71–89, где приводится развернутое обсуждение этого вопроса. См. также Robert Millet, Getting at the Truth (2004), 106–122.

    8. 8.

      См., например, от Иоанна 12:27–30; от Иоанна 14:26; к Римлянам 8:34; к Евреям 1:1–3.

    9. 9.

      От Иоанна 5:19; см. также от Иоанна 14:10.

    10. 10.

      От Иоанна 6:38.

    11. 11.

      От Иоанна 15:24.

    12. 12.

      От Матфея 19:17.

    13. 13.

      От Иоанна 14:28.

    14. 14.

      От Матфея 26:39.

    15. 15.

      От Матфея 27:46.

    16. 16.

      К Филиппийцам 2:5–6.

    17. 17.

      См. David L. Paulsen, “Early Christian Belief in a Corporeal Deity: Origen and Augustine as Reluctant Witnesses,” Harvard Theological Review, vol. 83, no. 2 (1990): 105–116; David L. Paulsen, “The Doctrine of Divine Embodiment: Restoration, Judeo-Christian, and Philosophical Perspectives,” BYU Studies, vol. 35, no. 4 (1996): 7–94; James L. Kugel, The God of Old: Inside the Lost World of the Bible (2003), xi–xii, 5–6, 104–106, 134–135; Clark Pinnock, Most Moved Mover: A Theology of God’s Openness (2001), 33–34.

    18. 18.

      См. к Римлянам 6:9; Алма 11:45.

    19. 19.

      См. 1 Нефий 10:6; 2 Нефий 2:8; 31:19; Мороний 6:4; к Римлянам 3:24 (в переводе Дж. Смита).

    20. 20.

      От Иоанна 17:3.